Два года назад Следственный комитет Российской Федерации стал самостоятельным государственным органом. 15 января следователи следственного управления Следственного комитета России по Костромской области отмечают свой день рождения.

Фото:

Два года назад Следственный комитет Российской Федерации стал самостоятельным государственным органом. 15 января следователи следственного управления Следственного комитета России по Костромской области отмечают свой день рождения. О работе ведомства корреспондент «КНГ» говорила с руководителем следственного управления СКР по Костромской области, генерал-майором юстиции Николаем САКОВЫМ.
— Николай Васильевич, сейчас главный тренд – борьба с коррупцией, но на взятках попадаются, как правило, медики, педагоги, сотрудники ГИБДД, полиции, чиновники, но нет сотрудников Следственного комитета. Неужели в вашем ведомстве все такие кристально чистые?

— Действительно, таких фактов предательства в нашем следственном управлении нет.

— С чем это может быть связано?

— Очень сложный вопрос задали… Как правило, подобные факты встречаются в крупных регионах. Я не могу сказать, что костромские следователи лучше других. Везде есть как честные люди, так и не очень. Может быть, у нас нет таких фактов, потому что в нашем следственном управлении всё прозрачно, ведь в целом управление не такое большое. Каждое дело изучает и контролирует не один сотрудник.

— А сколько всего в следственном управлении следователей?

— 53 следователя, 5 из них находятся в длительных командировках в Москве. Есть небольшой отток кадров, ежегодно 14-15 процентов работников уходит от нас, но не на улицу, а в другие государственные или правоохранительные органы, и это нормально. Моя точка зрения такая: редкий следователь может работать более 10 лет на одном месте, расследуя практически однотипные дела.

— Сейчас идут разговоры о создании единого следственного органа.

— Пока каких-либо нормативных актов по вопросам создания единого следственного органа России нет. Это часть реформирования всей правоохранительной системы, которое было начато ещё в 2007 году и надзор отделили от следствия. Реформирование идёт поэтапно. В 2011 году Следственный комитет России выделился в самостоятельный орган, а затем увеличилась наша подследственность. Следственный комитет стал заниматься расследованием всех налоговых преступлений, так называемых «рейдерских» преступлений, тяжких и особо тяжких преступлений, совершённых в отношении несовершеннолетних и совершенных несовершеннолетними. Считаю объединение следствия правильным решением. Это необходимо для сохранения баланса: следствием должны заниматься следователи, надзор осуществлять — прокуроры, а выносить приговор – судьи.

— Но если у нас так мало следователей, как будет решаться кадровый вопрос?

— Сейчас мы формируем кадровый резерв. Принимаем на работу и следователей из полиции. Аппарат следственного управления сформировался давно, руководители территориальных следственных отделов и их заместители также опытные работники. Молодых следователей приходится многому учить. Ежеквартально проводим семинары для повышения их профессионального уровня, где выступают специалисты из Костромской области, Санкт-Петербурга и из института повышения квалификации Следственного комитета Российской Федерации в Москве.

— Кого быстрей возьмёте на работу: выпускников костромских вузов или специализированных юридических институтов?

— Лично я всегда отдавал предпочтение специализированным учебным заведениям, например, правовым академиям в Екатеринбурге и в Саратове, вузам с именем, где достаточно сильный преподавательский состав. Тем не менее, большей частью мы берём на службу выпускников костромских вузов. Почему? Просто те, кто учился в других регионах, в основном там и находят работу. Мы, конечно, ведём переписку с ректорами вузов, с которыми у нас имеются договоры на прохождение практики студентами. Некоторые из них остаются у нас в качестве общественных помощников следователей, а после окончания учебы выбирают профессию следователя и идут к нам работать.

— Какова нагрузка на одного следователя?

— Нагрузка совсем не маленькая. В 2012 году в среднем на следователя приходилось по 1,3 оконченных дела в месяц, а всего окончено более 600 уголовных дел. Есть дела достаточно сложные. К примеру, расследуется соединенное уголовное дело по фактам совершения несколькими фигурантами 25 преступлений.

— Приходилось ли следователям испытывать давление со стороны областных или городских властей при расследовании тех или иных дел?

— Нет, со стороны каких-либо должностных лиц на нас никогда не было давления. Если в действиях чиновников любого уровня имеется состав преступления, то никаких компромиссов быть не может. В 2012 году в суд направлено 38 уголовных дел коррупционной направленности. Среди обвиняемых 6 депутатов и глав муниципальных образований, а также чиновники иных ведомств и учреждений.

— Следователь может отказаться от расследования какого-либо дела по своему желанию?

— Такое в работе недопустимо. Отвод может быть только в определенных законом случаях. Как правило, это случается, если следователь является родственником кого-либо из участников производства по уголовному делу. Он должен доложить об этом руководителю. Тогда материалы передаются другому следователю, который не заинтересован в исходе данного дела.

— Наверняка есть жалобы на нарушение сроков расследования дела. В какие временные рамки должен укладываться следователь?

— Уголовно-процессуальным кодексом РФ установлен срок два месяца. Наши следовали, как правило, укладываются в эти сроки. Если обвиняемый находится под стражей, то этот срок может продлеваться максимум до 18 месяцев. Потом избирается другая мера пресечения. По статистике, каждое третье дело в нашем следственном управлении с продленным сроком. В целом этот показатель находится на уровне среднего по ЦФО.

— В чем кроются причины долгих расследований?

— Факторов много. Но в значительной мере это обусловлено объективными причинами. Прежде всего, это связано с большим объемом работы по многоэпизодным уголовным делам. А также длительность судебных экспертиз. В области имеются проблемы с производством экспертных исследований. При высокой квалификации экспертов не хватает современного оборудования. В нашем регионе проводятся традиционные виды экспертиз: судебно-медицинские, криминалистические, психиатрические. Кроме этого в штате нашего следственного управления есть полиграфолог, который проводит психофизиологические исследования подследственных с применением полиграфа («детектора лжи»), а также эксперт, который проводит экономические экспертизы. А вот лингвистические и генетические экспертизы мы назначаем за пределами региона, порой даже платно. Насколько я знаю, ведется работа о расширении экспертной деятельности в системе Следственного комитета России, и такие подразделения уже созданы в центральном аппарате.

— А заключения экспертиз являются важным доказательством?

— Безусловно, поскольку результаты экспертных исследований являются неопровержимыми доказательствами. Они не связаны с субъективным восприятием потерпевшими или свидетелями тех или иных событий при совершении преступлений. Более того. В декабре 2012 года следственным путем при проведении экспертных исследований нам удалось раскрыть ряд неочевидных преступлений. В течение двух лет в городе Шарье совершались нападения на молодых женщин и несовершеннолетних девочек. Потерпевшие не могли дать четкого и ясного описания нападавшего на них мужчины. Их показания разнились, данных о том, что это совершает один злоумышленник, не имелось. Подозреваемого удалось установить только в результате кропотливой работы экспертов главного управления криминалистики Следственного комитета России и следователей-криминалистов следственного управления области в ходе проведения молекулярно-генетических исследований и экспертиз. При этом было отобрано и обработано более 1,5 тысячи образцов для исследования, что дало свой положительный результат. Подозреваемым оказался 25-летний житель города Шарьи, которого незамедлительно задержали, сейчас он находится под стражей. Ему предъявлено обвинение в совершении изнасилования, насильственных действий сексуального характера и грабеже в отношении несовершеннолетних. Кроме того, проверяется его причастность к другим аналогичным преступлениям.

Где родился, там и пригодился

— Теперь немного личных вопросов. Николай Васильевич, почему Вы выбрали юриспруденцию?

— В детстве и в армии читал много детективов. Служил я в Афганистане, в воздушно-десантных войсках. Когда из армии пришёл, мне посоветовали стать следователем. Ну, а для этого нужно юридическое образование. И я поступил в Свердловский юридический институт имени Р.А. Руденко.

— Хотели бы уехать в Москву, Питер?

— Нет, не хочу. Я здесь родился, вырос. Где родился, там и пригодился.

— Следственная работа напряжённая, хватает ли времени на семью и отдых? Чем увлекается главный следователь области?

— Мои дочери уже взрослые, обе учатся в вузах за пределами области, переживаю, что видимся нечасто. Что касается отдыха, то я не рыбак, не охотник. Зимой люблю на лыжах кататься. Достаточно много читаю. Вообще люблю книги исторической, военной тематики. Много раз перечитал «Горячий снег» Юрия Бондарева. Люблю фильмы военной тематики именно времён второй мировой войны.

— У вас есть домашнее животное?

— Да, кот британец — Фунтик. Ему три года. Подарили знакомые. Он серьёзный.

— Да? Я почему-то думала, что у руководителя областного СКР дома живут либо рыбки, либо собака солидной породы.

— У меня была собака овчарка. Но её нужно воспитывать, тренировать. На это не хватало времени, так как с работы домой возвращался поздно. Когда собака начала выходить из-под контроля, решил отдать её в одну из исправительных колоний Федеральной службы исполнения наказаний. Теперь она служит государству.

— Но вы интересуетесь её судьбой?

— Да, конечно, она до сих пор здравствует.

— Сейчас модно иметь странички в соцсетях, писать в Twitter, Facebook. Вас можно найти на этих сайтах?

— Нет, меня в соцсетях нет. Я пользуюсь электронной почтой, просматриваю новостные ленты в Интернете. Без этого сейчас нельзя. С одноклассниками, однокурсниками и друзьями общаюсь по телефону или при встречах. Этого достаточно.

— Какое дело из тех, что вы лично расследовали, запомнилось?

— В 1980-х годах, будучи молодым следователем, я расследовал сложное хозяйственное дело о сбросе производственных отходов в Волгу с крахмалопаточного завода, в результате которого природе был нанесен ущерб, погибло много рыбы. Чтобы докопаться до истины, у меня ушёл почти год. Было много сложностей. В том числе приходилось ездить в столицу и допрашивать различных должностных лиц министерств и ведомств. Сидел там в очередях. Но я направил дело в суд. Виновных наказали.

Елена СМИРНОВА.

Досье

Николай Васильевич Саков родился 4 июня 1959 года в деревне Подвигалиха Мантуровского района Костромской области. В 1986 году окончил Свердловский юридический институт имени Р.А. Руденко. Женат. Прошел трудовой путь от стажера районной прокуратуры до прокурора города Костромы. 7 сентября 2007 года возглавил следственное управление Следственного комитета по Костромской области.

Только цифры

За последние 5-7 лет уровень преступности в целом по России снижается, в том числе и по Костромской области. Показатели раскрываемости растут. За 12 месяцев 2012 года следователи следственного управления Следственного комитета РФ по Костромской области окончили более 600 уголовных дел, ими расследовано более 1000 преступлений, в том числе около 270 тяжких и особо тяжких, около 330 преступлений экономической направленности, 177 коррупционных преступлений. За год следователями рассмотрено более 7 тысяч сообщений о преступлениях.


Источник: k1news.ru