Председатель  Костромского областного суда Вячеслав Иванов рассказал об открытости правосудия, о присяжных заседателях, онлайн трансляциях  и других   новшествах  в судах…

Необходим закон без купирования

Вячеслав Сергеевич, принят закон об обеспечении доступа к информации о деятельности российских судов. Назовите, пожалуйста, плюсы и минусы этого закона.

— Закон уже действует. Я как раз являюсь председателем комиссии по реализации и оптимизации судов представителей судей России. С момента опубликования этого закона мы его и реализуем. Причем комиссия объехала многие регионы, чтобы посмотреть, как там реализуется этот закон. Знаете, когда его принимали, то было немного боязно – будет ли он действовать. Этот закон действует в полном объеме! Обратите внимание, сейчас публикуются все решения, которые положено публиковать в открытой сети. Однако есть решения и приговоры, которые попросту не положено публиковать.

Неужели минусов совсем нет?

— Знаете, в этом законе нас смущает то, что мы много говорим об открытости правосудия, любой гражданин сегодня может прийти в процесс, за исключением, разумеется, секретных дел. Однако, когда мы публикуем, то мы вынуждены делать купирование, то есть убираем фамилии и прочее. Это – дополнительная работа. Честно говоря, мне это не очень нравится. Понимаете, эти решения и приговоры получаются несколько куцые. Мы-то, юристы, понимаем, в чем тут суть. Из всех решений и актов мы публикуем примерно восемьдесят  процентов. В законе есть специальный перечень того, что нельзя публиковать. Закон, безусловно, необходим. Но без купирования! Если у нас открытое правосудие, то почему боимся указать фамилии?


Какие новшества еще ожидают в судах? Будет ли онлайн-трансляция?

— Да, сейчас стоит вопрос о том, чтобы была в судах онлайн-трансляция процессов. Так, в Белгородской области уже опробуется такое новшество. Технических препятствий для  онлайн-трансляций нет и у нас. У нас имеются и видеокамеры, и вся необходимая техника. Вопрос возникает только в целесообразности этого. Помните, когда впервые при Ельцине транслировали все заседания Верховного Совета, то вначале было интересно, а потом люди просто выключали. Хотя я и председатель комиссии Совета судей РФ по информатизации и автоматизации работы судов, но в нашей области вводить онлайн-трансляции будем в последнюю очередь. Это – дополнительные затраты и ресурсы!


Может, только общественно значимые процессы широко освещать?

— Я с вами согласен, есть дела, которыми народ интересуется, которые на слуху. Будет онлайн-трансляция, во всяком случае, Вячеслав Михайлович Лебедев (председатель Верховного суда) это поддерживает. Хотя многие считают, что это – излишняя трата денег. Поэтому мы осторожно внедряем это и смотрим на реакцию людей. Будет востребовано – будем применять повсеместно.

Какие еще изменения будут в судебной системе?

— С нового года вводится подача документов в электронном виде по административному судопроизводству. Мы готовимся к этому. Также есть предложение по созданию отдельных кассационных и апелляционных судов.

Надо уметь сопереживать и думать

Вячеслав Сергеевич, какие преступления сейчас преобладают?

— Как и раньше, больше всего преступлений имущественного характера, это — кражи. Меня беспокоит, что увеличивается количество дел, связанных с распространением наркотиков. Это большая беда. Моя позиция такова – необходимо очень жестко относиться к сбытчикам наркотиков. Также меня тревожит, что очень много преступлений совершается в нетрезвом состоянии.

— Говорят, сложно найти и высококвалифицированные кадры?

— Да, работа с кадрами – нелегкая работа! Если раньше в стране было  всего три вуза, готовящих хорошие юридические кадры, то сейчас кому только не дали право готовить юристов. Хорошим юристом стать очень сложно. Нужны не только знания, а у некоторых даже и знаний сейчас не хватает. Поэтому сейчас правильно предлагают закрыть часть коммерческих вузов. Вроде бы молодых юристов очень много, но найти квалифицированного достаточно сложно. У нас очень жесткий отбор, но так и должно быть. 

— Разве судей не хватает?

— Эта проблема существовала, существует и будет существовать. Сложно найти юристов, которые действительно созданы для работы судьей.  Не каждый грамотный юрист сможет стать хорошим судьей. Понимаете, необходимо пропускать каждое дело через себя. Надо уметь сопереживать и думать, а не быть формалистом.

 Кто хочет быть присяжным?


Вячеслав Сергеевич, по слухам, не рвутся костромичи и в присяжные заседатели?

— Это так! Мы приглашаем присяжных заседателей, но явка крайне низкая. Мы считаем хорошим результат, если из десяти хотя бы двое придут. Вот недавно разослали двести приглашений, и дай бог, чтобы удалось набрать дюжину. Необходимое число присяжных заседателей двенадцать, плюс несколько запасных, на случай болезни.

Правда ли, что скоро присяжные заседатели появятся и в районных судах?

— Да, это и в самом деле планируется с 2018 года. Ведь к этому тоже необходимо подготовиться. Суд с участием присяжных заседателей – дорогостоящее дело для государства. Ведь не только нужны средства на оплату их труда, но и более просторные залы.

Много ли дел у нас рассматривается с участием присяжных?

— Все относительно, но если сравнить с соседними регионами, то мало. Бывает, что в год вообще нет таких дел, а нынче рассматривают третье дело. 

Как вы лично относитесь к участию в судебном заседании присяжных?

— У меня, как у профессионала, к ним своеобразный подход. Я не против присяжных. Но я всегда привожу такой пример. Вот на улице у человека сердечный приступ. Неужели кто-то будет приглашать двенадцать человек, чтобы определить, что с ним? Ведь обратятся к профессионалу! Присяжные должны работать, но именно судье необходимо проводить процесс грамотно. Знаете, самим судья больше нравится процесс с присяжными. Потому что иногда очень трудно сказать, виноват ли человек, сомнения есть всегда. Здесь судья снимает с себя эту ответственность, виновность определяют именно присяжные. Они же решают, заслуживает или нет человек снисхождения. Специфика суда присяжных в том, что если они человека признают виновным, то наказание, как правило, более жесткое, чем у одного судьи. Вовсе не потому, что судьи более суровы, а потому, что сами присяжные решают, заслуживает ли человек снисхождения. Обычно, если присяжные признают человека виновным, они говорят, что этот человек не заслуживает снисхождения! У них тоже иной раз зашкаливают эмоции.

Может ли закон расходиться со справедливостью?


Вячеслав Сергеевич, а  какие громкие дела были в нынешнем году в областном суде?

— Я бы сказал, не громкие, а актуальные. Понимаете, восприятие у всех разное: для меня актуальное дело, когда в юридической квалификации нужно много думать, чтобы мозги трещали, а для граждан – дела про злоупотребления. То есть подход у всех разный. Так, сейчас очень много говорят и пишут о коррупции. У меня свой подход к коррупционным делам, действительно крупных дел, где берут по-нахальному, их не так много. Помню, лет пятнадцать назад врача отправили в колонию за коробку конфет и десяток яиц. Говорят, хуже коррупции только борьба с коррупцией, поскольку зачастую перегибают палку. Да, и у нас рассматриваются дела по взяткам. Например, по обвиняемому из Сергиев Посада. Также рассматривали дело по врачам, которое на слуху было. Для меня это не громкие дела, а обычная рутинная работа. Для меня громкое дело то, в котором что-то новое, интересное в законе.

Какое же дело для вас было самое громкое?

— Для меня это – мое первое дело в моей жизни! Я его до сих пор помню, хотя это и было 37 лет назад. Процесс был о восстановлении на работе. Помню все подробности даже сейчас. Человека уволили за негатив. Мы проверяли, справедливо ли его уволили. Мне, как начинающему судье, казалось, что доказательств достаточно, а прокурор предлагал допросить еще свидетелей, и он был прав. Человеку было отказано в восстановлении на работе, так как уволили его правильно.

Какое дело вам запало в душу?

— Обычное дело о разводе. Раньше ведь разводили в суде, и вот пришла пара, обоим – за семьдесят лет. Вместе прожили всю жизнь, он – военный, она — домохозяйка. Знаете, развести их было элементарно, но я несколько часов потратил на то, чтобы их помирить. Когда эти бабушка с дедушкой уходили с процесса со слезами на глазах, но крепко держась за руки, мне это запомнилось на всю жизнь. Судья должен руководствоваться не только кодексом, но и иметь чувство сострадания. Нельзя быть формалистом, нужно думать, иметь жизненный опыт. Закон иногда расходится со справедливостью. 


На конкретном примере поясните, пожалуйста.

— Дело тоже связано с семейными отношениями – обычный дележ имущества. С одной стороны мужчина, который забрал себе буквально все совместно нажитое имущество, нахал. Вот чувствую, что он обманывает бывшую супругу, хотя у той нет никаких юридических оснований, он отлично с юридической точки зрения подготовился к разводу и разделу имущества. Тогда мы рассматривали дела с народными заседателями, и они разделяли мое мнение. Это дело можно было просто разрешить, но мы длительное время его рассматривали.  Тогда мы имели основания возбуждать уголовные дела. Вот я и взял мужчину на испуг, сказав, что возбуждаю дело о мошенничестве. Мол, после решения следственных органов все и решим. Он испугался и пошел на мировое соглашение. Восторжествовала справедливость…

Действовать другими методами

— Как у вас складывались отношения с руководством региона? Указания сверху поступают?

— Я работать начал при Валерии Арбузове, потом еще три губернатора было. Почти все понимали, что суд – это независимая власть. Если будет зависимость, то у нас не будет нормального государства. Я всегда – за независимость суда.


Как вышли из конфликта с экс-губернатором?

— У меня никакого конфликтам не было! Игорь Николаевич пытался поруководить в нашей сфере, а я не позволил. Я не допускал и не допускаю никакого вмешательства в деятельность суда. Тогда на меня поступили в различные инстанции жалобы из администрации области. Кто только меня не проверял! По всем сферам. Однако никто никаких нарушений так и не выявил. Костромская область на нормальном счету в Верховном суде. У нас редчайшие случаи отмен по уровню Верховного суда. Хотя мы рассматриваем в год около 130 тысяч дел.

Что же самое сложное в вашей работе?

— Умение сдерживать эмоции. В суд обращаются разные люди, некоторые и обозвать даже могут. Это как воспитание детей. Иногда хочется взять ремень и выпороть, но нужно сдерживаться, действовать другими методами.

Наша справка

Вячеслав Сергеевич Иванов 37 лет работает в суде, 21 год возглавляет Костромской областной суд. Награждён орденом Почета. Заслуженный юрист Российской Федерации. С 6 по 8 декабря являлся делегатом 9 Всероссийского съезда судей.

Цифры в тему

В Костромском областном суде трудится  40 судей, в районных судах — 46 судей. Мировых судей – 49.

Материал  размещен в «Народной  газете»  №3  от 18.01.2017

Валентина ФАДЕЕВА.

Фото Николая Суворова.


Источник: k1news.ru