Виктор ТЫЧИНА: «Жизнь врага ничего не значит, жизнь своего – бесценна»

Старший прапорщик ВДВ стал профессиональным военным, воевал в Афганистане и других «горячих» точках.

 

Старший прапорщик ВДВ Виктор Тычина пошел по стопам отца и брата. Он стал профессиональным военным, воевал в Афганистане и других «горячих» точках. Он награжден боевыми наградами: медалями «За боевые заслуги», «От благодарного афганского народа», «За выслугу лет (10, 15, 20 лет)», медалью ООН, отмечен  знаком «Ветеран ВДВ». В интервью  Виктор Александрович рассказал о выборе жизненного пути, о времени службы в Афганистане.

 

 Династия военных

 

— Виктор Александрович, почему вы решили стать военным?

— Мой отец – ветеран Великой Отечественной войны. Он тоже воевал в десанте. А брат окончил костромское училище химической защиты (теперь – военная академия радиационной, химической и биологической защиты имени маршала Советского Союза С.К. Тимошенко). Я тоже поступал в это учебное заведение, но вскоре оставил учёбу, пошёл на срочную службу. Было время поразмышлять о будущей профессии. Я решил всё-таки стать военным.

 — Как на это отреагировали родственники?

Одобрили, конечно. Я окончил  школу прапорщиков в Риге и стал служить в 331-м полку, который базировался в Костроме. Был помощником начальника финансовой службы.

— У вас уже династия…

— Да. Мой сын срочную службу в Югославии проходил, вместе мы там были. Потом он остался на контрактную службу, послужил полтора года и сказал: «Это не моё». Я не препятствовал: каждый сам выбирает себе дорогу в жизни.

 

 Цена жизни

— Сколько лет вам было, когда вы попали в Афганистан?

— Тридцать. В августе 1985 года  прибыл в Кабул. Месяц я был начальником финансового отдела в батальоне материального обеспечения 103-й дивизии ВДВ, потом на это место приехал офицер, а меня перевели в медсанбат 175-го отдельного медицинского батальона 103-й дивизии ВДВ – начальником финансовой службы. Служил два года. В Афганистане мне было присвоено воинское звание «Старший прапорщик».

Что входило в обязанности начальника финансовой службы медсанбата?

— Обеспечение денежным довольствием всего батальона.

— Как осуществлялось финансирование? От чего зависели выплаты?

— Денежное довольствие солдат и сержантов срочной службы в Афганистане было небольшим и колебалось в пределах 20–40 рублей в месяц. Часть этой суммы обменивалась на чеки ВПТ (Внешпосылторга). Ими можно было расплачиваться в магазинах «Военторга» в 40-й армии либо на территории СССР в «валютных» магазинах «Березка». Офицеры и прапорщики, в зависимости от звания, должности, времени службы в ДРА, получали двойной оклад по должности в СССР, а в Афганистане — чеки: офицеры – примерно триста чеков ВПТ, а прапорщики — двести. Солдаты – меньше ста. Тогда про инфляцию ничего не знали, все было стабильно. Чековые купюры выдавались в 500, 100, 50, 10, 5, 1 рубль и 50, 10, 1 копейку. На копейку, например, можно было купить коробок спичек или конверт без марки.

— На первый взгляд, очень мирная работа – обеспечение денежным довольствием…

— Да, но нельзя забывать о том, что это медсанбат. Когда после боевых операций «вертушками» на аэродром начинают доставлять раненых, то никто не сидит на месте, потому что нужно как можно скорее доставить раненых в медсанбат, чтобы врачи оказали им первую помощь. Моя задача – организовать погрузку раненых из вертолёта в санитарную машину и сопровождать их до медсанбата.  После боевых операций много раненых привозили. Наши врачи осматривали их. С лёгкими ранениями оставляли долечиваться в медсанбате. Если ранение было сложное (потеря руки или ноги, например), то больным делали необходимые перевязки и на санитарной машине с сопровождением отправляли в центральный госпиталь. Все, кто был свободен от нарядов и боевых действий, участвовали в спасении раненых. Привезём, сдадим и быстро назад, за другими.

— Вы видели страдания и смерть людей. Можно к этому привыкнуть?

— Трудно сказать. Смотря, как себя настроишь. Раньше был спокоен, хотя много видел горя. Так себя настроил. А вообще-то война – это страшно.

— Цена жизни на войне сильно обесценивается?

— Цена жизни всегда высока. Вопрос только в том, чьей жизни – своих или чужих. Жизнь человека, одетого во вражескую форму, ничего не значит, жизнь своего – бесценна. Мне было важно, чтобы выжил я и мои товарищи. Жизнь на войне – это тоже жизнь, только ход событий в ней словно ускоряется. Люди спешат жить, потому что неизвестно, что будет завтра…

 В. Тычина.jpg

 Памятные встречи

 

— Какими вы запомнили своих сослуживцев?

— Хорошие мужики!  В основном, офицеры и прапорщики. У нас в медицинской роте солдат было мало — человек двадцать пять: фельдшеры, водители. Дружно жили. Всех нас война сплотила.

— Расскажите о ваших командирах.

—  В Афганистане сначала командиром дивизии был Юрантин Валентинович Ярыгин. А через год пришёл Грачёв Павел Сергеевич. Я хорошо его знал. Мой друг адъютантом у него был.  Часто утром, после обязательной  физзарядки, если была возможность, мы с ним играли  в волейбол. Грачёв хорошо играл. «Звёздной болезни» у него не было. По моему мнению, недоброжелатели и журналисты создали ему такой «имидж».  Шесть лет Грачёв воевал в Афганистане. Чтобы судить о нём, пусть бы эти люди приехали, повоевали бы рядом с ним!  Грачёв звание генерала получил тогда.  Все его поздравляли от души. Хорошим командиром был Грачёв!

— А земляков встречали в Афганистане?

— Да. Я помню, как я обрадовался, встретив своего соседа по дому Олега Юрасова. Он два дня  был у меня в батальоне: прилетел для продолжения службы и ждал «вертушек», чтобы отправиться в 345-й полк, а погоды не было. Потом он улетел, и больше я его не видел. Позже узнал, что он геройски погиб и ему присвоено звание «Герой Советского Союза». Замечательный был человек. Выдержанный, спокойный. Служил он сначала командиром разведроты 331-го полка, потом замкомбата, а в Афганистане был комбатом.

 

 Время действий

 

— Многие ветераны говорят, что служба в Афганистане была для них самым счастливым временем. А для вас?

— Для меня это время тоже было очень значимым.

Почему?

— Потому что я там был нужен. Потому что там не было права на ошибку. Потому что рядом были надёжные боевые товарищи.

— После возвращения из Афганистана вам довелось побывать в других «горячих точках»…

— Я вернулся на родину в 1987 году. Продолжил службу в 331-м десантном полку на должности помощника начальника финансовой службы. В армии я прослужил двадцать семь лет. За эти годы мне довелось побывать в Югославии (в составе представителей ООН, в 1998-99 гг.), шесть раз – в Баку, в Северной Осетии, в Чечне. Всякий раз события разворачиваются по-разному, но вывод один: война – это огромная беда для всех. Особенно обидно, когда погибают мирные жители, а ты не в силах им помочь. Так было в Югославии, когда мы, представители ООН, видели бомбардировки американцами жителей Приштины…

 

 Радость жить

 

— Сейчас Вы на пенсии. Как заполняете досуг? Чем увлекаетесь? И вообще – что радует в жизни?

Сама жизнь – уже радость! Выжить после стольких передряг – большое везение. Радуют дети, внуки. У меня три дочери, сын и семь внуков: три мальчика и четыре девочки. С ними не заскучаешь! Внучка недавно совсем родилась!

 В тёплое время года мы с женой путешествуем с друзьями на байдарках по нашим рекам: Ветлуга, Нея, Кострома… Реки чистые, много родников. Идём неспешно, с остановками на отдых, любуемся природой. Много повидал я, но нет на свете мест, красивее наших!

 

От автора

Жизнь измеряется не количеством дней, часов и минут, а тем, что ты успел сделать за время, отведённое тебе на земле. Виктор Тычина знает об этом, а потому ценит каждый прожитый день, наполняя свою жизнь заботой о других. Он активно участвует в жизни Костромской организации инвалидов Афганистана, помогая своим товарищам решать злободневные вопросы инвалидов.

 

Татьяна РУЦКАЯ.

«Народная газета»


Источник: k1news.ru