Не так давно известный костромской артист Владислав Багров за убийство попал в места не столь отдаленные. Кто бы мог подумать, что и в неволе он сумеет организовать театр. Спектакль «Злоумышленник» по произведению Чехова никого из первых зрителей не оставил равнодушным. Он и в колонии ничуть не растерял свое обаяние. Даже и выглядит не хуже, чем на воле.

Фото: УФСИН по Костромской области

Ждет женский батальон 

— Владислав Александрович, что для вас оказалось самым трудным в неволе?

— Трудностей немало (вздыхает). Наверное, самой большой можно считать расставание с семьей. Не в том смысле, что я сейчас лишен возможности общения, а в том, что не могу теперь оказать помощь близким. Крайне непривычное состояние. Мама, жена, дочка – мой женский батальон остался без опоры, и это очень тяжело. Сейчас они приезжают ко мне на свидания.

— Какие уроки вы уже вынесли для себя из жизни в колонии?

— Наверное, все-таки не колония преподает уроки, а жизнь. Я бы не стал связывать эти уроки непосредственно с лишением свободы. Исходя из того, что случилось в моей жизни, главным уроком стало то, что не стоит по своему мировоззрению пытаться переделать не только общество, но и даже конкретных людей. Это неизбежно закончится либо фарсом, либо трагедией. В моем случае – трагедией. Хотелось бы уроки жизни усвоить не такой ценой.

— Бывали ли у вас в жизни моменты, когда вы теряли веру в себя, и что вам тогда помогало?

— Да у любого человека таких моментов, наверное, возникает не одна сотня. Смысл в том, чтобы их преодолевать. Кто никогда в себе не сомневается, тот и допускает больше всего ошибок. То, что может помочь, – окружающие или просто пейзаж за окном. Все, где можно взять силы, всегда рядом. Главное – это увидеть. Многие меня поддержали в трудную минуту. Это было положительным моментом, который стал удивительным для меня. Даже закралась такая лукавая мысль — а, может, я не такой плохой человек. 

Место для творчества есть даже на Марсе 

— Владислав Александрович, в колонии есть место для творчества?

— Место для творчества есть даже на Марсе. Часто вспоминаю слова Хемингуэя. Правда, у него это не про тюрьму, а про остров. У него остров был своеобразной тюрьмой. Он сказал, что главное – развиваться самому, учиться и заниматься искусством. Могу смело подписаться под этими словами.

— Как же здесь, за решеткой, смогли реализовать себя?

— У нас сейчас здесь сложился творческий коллектив, причем возраст нашей компании – от двадцати до шестидесяти лет. Мы занимаемся буквально всеми направлениями, даже кино. Многие ребята делают в колонии то, о чем на воле никогда даже не думали. Может, где-то в глубине души было какое-то семечко, а здесь появилась возможность что-то вырастить из него. Благо, кружков здесь целый десяток, начиная от прикладного художественного творчества и до театрального.

— Вы недавно выступали и в «Калине красной», поделитесь, пожалуйста, впечатлениями.

— Это музыкальная грань нашего творческого коллектива. Мой напарник Алексей представлял жанр популярной эстрадной музыки, а я – жанр рок-музыки. Мы исполнили песни собственного сочинения. Свою песню я посвятил сборной России по футболу. Это хобби, которое продолжается более тридцати лет, я ярый болельщик.

— Говорят, что вы организовали театр за решеткой, так ли это?

— Нынешний год объявлен Годом театра. Мы начинали осторожно: разучивали с осужденными стихотворения, делали литературно-музыкальные композиции. В этом году уже занялись постановками по произведениям Антона Павловича Чехова. Начали с известного произведения «Злоумышленник». Потом выбрали произведения, которые никогда и не одним театром не ставились. Сейчас у нас – самый разгар репетиций. Я выступаю режиссером, но в одном из отрывков не выдержал и сам выступил актером (смеется). Материально-техническая часть здесь, конечно, ограничена, приходится заниматься изобретательством. В каждом просыпается Кулибин, изобретаем перпетуум-мобиле.

— Почему выбрали именно Чехова?

— Это один из моих самых любимых авторов. Кроме того, мне кажется, что его произведения – один из тех материалов, которые необходимы здесь. Такое тонкое сочетание юмора и глубокой трагичности. За легкой формой открывается бездна.

— Владислав Александрович, как прошла премьера спектакля «Злоумышленник»?

— На премьере присутствовали члены Общественного совета и представители УФСИН. Мне показалось, что впечатление было положительное. Занятые в спектакле ребята поняли, что такое театральный труд, какой кровью и потом это дается. Сработали все отлично, я и сам не ожидал такого результата. Это обуславливалось тем, что они не заштампованы, у них нет стереотипов и профессиональных болезней. Кроме того, они, как и дети, верят в то, что делают. Этот спектакль мы планируем показать и в других колониях.

— Что вы еще любите читать?

— Из зарубежных авторов предпочитаю произведения Кафки, из отечественных – Андрея Платонова. В колонии очень много читаю, чтение всегда было моей страстью. Вот недавно перечитал полностью всего Ремарка. Произвела впечатление «Искра жизни», там речь о концлагере. Условия сейчас в колонии несравнимые, но можно провести параллель в том, что и там, и там – изоляция от общества. Многим, находящимся здесь, надо бы прочитать эту книгу, чтобы не жалеть себя. 

Популярности стеснялся 

— Вы всегда мечтали стать актером?

— Мечтать не мечтал, все произошло довольно случайно. Хотя я всегда знал, что выберу профессию, связанную с искусством. Я не жалею об этом, это – дело моей жизни. Для меня это – мировоззрение, не зря же актерская профессия наряду с военной называется службой. Я служил в театре 13,5 лет, не считая студенчества. Для меня это – одна из самых замечательных профессий.

— Владислав Александрович, вы многого добились в актерской профессии, вас как-то изменила популярность?

— Да я бы не сказал, что многого добился. И что такое популярность? Просто большое количество людей тебя знает. Ну, были поклонницы, хотя какой-то широкой популярности я, честно говоря, всегда стеснялся. Не буду лукавить, я видел тех, у кого звездная болезнь. Кроме ироничной улыбки это ничего не вызывало. Популярность накладывает определенную ответственность. За каждым твоим шагом следят, чаще вовсе не для того, чтобы превозносить, а для того, чтобы при удобном случае столкнуть.

— По слухам, все актеры невероятно суеверны, а вы?

— Актерские суеверия – это своеобразные замочки, пружинки, которые помогают сконцентрироваться. Если приметы сбудутся, то это будет дополнительным плюсом, который подстегнет. Они направлены на то, чтобы создать уверенность в тылах. Вероятно, каждый что-то делает перед выходом на сцену. Не буду раскрывать всех своих секретов (улыбается). Самое простое, сцена – существо живое, перед выходом у меня был ритуал. Я всегда дотрагивался до самого планшета сцены. 

Когда совпадают замочные скважины 

— Что мешает вам жить, а что помогает?

— Есть преграды, которые нужно преодолевать, но они не мешают. Они – составляющая часть жизненного процесса. Помочь может все, что угодно, в первую очередь – человеческая поддержка. Если боишься идти к цели, то помешать может все, что угодно.  Я, например, занимаюсь самокопанием в поисках минусов. Их ужасно много – от вредности и упертости и до лени. Отыскать мало, надо их преодолевать.

— Вы как-то изменились после приговора?

— Тюрьма – это ощущение внутреннее, а не решетки и заборы. Кто-то и на воле живет всю жизнь как в тюрьме. Здесь я понял, что мое мировоззрение не всегда совпадает с общественным. Самое главное – никогда нельзя забывать, что все происходящее – это только игра.

— Многие говорят, что для творчества необходима муза, а у вас есть она?

— Муза – понятие эфемерное. Музой может служить все, что угодно и кто угодно. Вдохновение более точно описывается в буддийских притчах – совпадающие замочные скважины, через которые проходит луч. Все должно настолько точно совпасть, чтобы этот луч света прошел через них и попал на бумагу или клавиши инструментов.

— Вы исповедуете буддизм?

— Нет, я глубоко православный человек. Здесь я регулярно хожу в храм, исповедуюсь. К вере я пришел задолго до колонии. 

В планах – венчание 

— Чем планируете заняться на свободе?

— Планирую заниматься творчеством. Хотя мне не очень нравится это слово, ведь творением занимается только Всевышний. Мы – люди искусства…

— О чем мечтаете?

— О счастье, о чем еще мечтать.  А счастье — это поэтапное движение вверх, саморазвитие и как приятный бонус — самореализация. У меня дочка и сын, они взрослеют не по дням, а по часам. У сына совсем скоро выпускной. Хочется счастья и в семейном плане. Как и любой идеал, это недостижимо, но надо к нему стремиться. В планах – венчание с женой. Если получится, то прямо в колонии.

Валентина ФАДЕЕВА.

Фото предоставлено службой УФСИН по Костромской области.

Наше досье:

Владислав Багров

Родился 21 марта 1981 года в поселке Красный Профинтерн Некрасовского района Ярославской области. Окончил Костромское областное училище культуры и Ярославский театральный институт (ЯГТИ).
Отбывает 10-летний срок лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.


Источник: k1news.ru